Преснухин М.А. Петр Румянцев. Отец русских полководцев

Фельдмаршал П.А. Румянцев-Задунайский

курсовая работа

Пётр Александрович Румянцев родился в Москве 4 января 1725, незадолго до кончины Петра Великого, в честь которого он был назван.(5, с. 8) Отец будущего полководца – генерал-аншеф А.И Румянцев. Мать Мария Андреевна, представительница родовитой и состоятельной фамилии Матвеевых.(1, с. 7) В семье Петр был третьим ребенком. Так как отец бывал в частых служебных отлучках, то первоначально его воспитанием занималась мать, которая, в отличие от многих русских аристократок того времени, была хорошо образованной женщиной. Петр Румянцев рос здоровым и не по годам любознательным ребенком. Ему исполнилось пять лет, когда он в первый раз увидел отца, длительное время находившегося по служебным делам в отлучке.(5, с. 10-12)

На шестом году жизни Петр Румянцев записан в солдаты. Числясь, подобно другим дворянским детям, в полковых списках, Петр преспокойно продолжал жить в родительском доме, ожидая совершеннолетия.(3, с. 252)

Очевидно не желая видеть единственного сына облаченным в военный мундир, отец просил Бирона отправить Петра к дипломатическому представителю России – Браклею в Берлин. В конце августа 1739 года поступил царский рескрипт, в котором говорилось: «…снисходя к просьбе генерала Румянцева, сын его отправляется дворянином посольства дабы вы его при себе содержали и как в своей канцелярии для письма употребляли, так и в прочем ему случаи показывали, чтобы он в языках и других ему потребных науках от добрых мастеров наставлен был и искусства достигнуть мог, дабы впредь в нашу службу с пользою употреблен был». Накануне своего отъезда Петр недвусмысленно заявил, что добьется возвращения во что бы то ни стало. И действительно, вскоре в Петербург пошли реляции обескураженного попечителя о его «лености, забиячестве и мотовстве». (1, с. 8) На что молодой Румянцев добавлял: «У него к гражданскому чину и обучению оному весьма склонности нет, но хочет солдатом быть, которым по его превращенному мнению, ничего знать или учить, окроме того, что к солдатскому делу принадлежит, ненадобно»(2, с. 708-709)

После возвращения сына в столицу, А.И Румянцев твердо решил поместить Петра в закрытое учебное заведение. Таким заведением был Шляхетский сухопутный кадетский корпус. Обратимся к источнику(1, с. 63):

«Указ из Кабинета министров в Кадетский корпус от 5 августа 1740 года:

Ея Императорское Величество указала генерала Румянцова сына, Петра Румянцова, определить в Кадецкий корпус и на оного и поступки его иметь особливое крепкое смотрение.

Андрей Остерман

Князь Алексей Черкасской.»

Зачисление Петра Румянцева в кадетский корпус прошло быстро, безо всяких проволочек, но с соблюдением всех существующих тогда формальностей. Ему шел в это время шестнадцатый год. Не по годам рослый и широкоплечий юноша вызывал всеобщее внимание как своим ростом, так и выразительными чертами лица. Курносы нос, задиристо поднятый кверху, недвусмысленно намекал на свойства его характера.(5, с. 8)

После вольной и безалаберной жизни за границей юный Румянцев особенно почувствовал строгий режим корпуса, определенный твердым регламентом.

В соответствии с установленными правилами Румянцеву выдали казенное обмундирование. Высокому и статному юноше сшитый по фигуре красивый суконный темно-зеленый кафтан с красным отложенным воротником и такого же цвета широкими обшлагами должен был быть к лицу. Наряд дополняли штаны и камзол кремового цвета.(5, с. 16-17)

Несмотря на свои пятнадцать лет, Петр Румянцев успел повидать немало красивого холодного оружия. Носил он и казенную притупленную шпагу с медным эфесом, перевитым черной проволокой, в кожаных ножнах, также черного цвета с медным наконечником.(5, с. 24)

Во время своего оказавшегося непродолжительным обучения в кадетском корпусе Румянцев не терял надежды найти удобный случай, чтобы для вольной жизни покинуть это учебное заведение. Его угнетало здесь абсолютно все. Румянцев постоянно чувствовал повышенное внимание к себе корпусного начальства, хотя скорее всего, и не знал о распоряжении иметь за ним и поступками его «крепкое смотрение».(5, с. 32)

В соответствие с существовавшими правилами Петр Румянцев впервые должен был экзаменоваться в середине сентября 1740 года. Версия о том, что он к тому времени якобы самовольно покинул корпус, пока не подтверждается никакими документами. Вероятно, Румянцев продолжал не только оставаться в списке кадетов, но и находился по-прежнему в самом корпусе. У Петра Румянцева для освобождения от общеобязательных экзаменов никаких серьезных причин не должно было быть.(5, с. 28)

Расстаться с корпусом, который впоследствии гордился выдающимся питомцем, Петру Румянцеву удалось лишь после того, как в столице произошли чрезвычайные события, вызвавшие перемену власти.(5, с. 32)

Делись добром 😉

Выставка из собрания семьи Михеенковых «Охотничий стиль в интерьере XIX века» 15 июля 2021
Раздел » Анонсы

Подробнее…

ОТКРЫТИЕ ИНТЕРАКТИВНОЙ ПЛОЩАДКИ «ЗЕЛЕНЫЙ ЛАБИРИНТ» 1 июля 2021
Раздел » Экспозиции

Подробнее…

ВЫСТАВКА ЖИВОПИСИ Ю.М. ПЭНА «ПРЕКРАСНОЕ ОТРАЖЕНИЕ» 11 июня 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

Выставка ретро-коллекции Татьяны Федосовой «Красота и мода. ХХ век» 26 мая 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

II международная научно-практическая конференция «Гомельский дворцово-парковый ансамбль: от усадьбы до музейного комплекса» 12 мая 2021
Раздел » Конференции и семинары

Подробнее…

ВНИМАНИЕ!!! ВАКАНСИИ!!! 18 марта 2021
Раздел » Объявления

Подробнее…

Выставка французских кукол «МАДЕМУАЗЕЛЬ АНЖУ» из собрания семьи Михеенковых 7 июля 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

Интерактивная выставка «Насекомые-монстры» 7 июля 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

Фотовыставка «Парк культуры и отдыха имени Луначарского» 7 июля 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

Выставка «Игры стран мира» 7 июля 2021
Раздел » Выставки

Подробнее…

Аннотация. В статье освещаются жизненный путь, боевой, полководческий и педагогический опыт фельдмаршала П.А. Румянцева.

Summary. The article highlights the life way, combat, military and teaching experience of Field Marshal P.A. Rumyantsev.

полководцы и военачальники

ФОМИН Валентин Антонович — профессор кафедры гуманитарных и социально-экономических дисциплин Военного учебно-научного центра Сухопутных войск «Общевойсковая академия ВС РФ», полковник в отставке, кандидат исторических наук, профессор, заслуженный работник высшей школы РФ

(Москва. E-mail: gersiwers@gmail.com)

победы русской армии стяжали ему мировую славу

Фельдмаршал П.А. Румянцев

Пётр Александрович Румянцев родился 4(15) января 1725 года в Москве. Отец его Александр Иванович, один из ближайших помощников Петра I, был способным военным администратором и дипломатом. Мать Мария Андреевна слыла для своего времени прекрасно образованной. Всё это во многом определило жизненный путь и убеждения будущего полководца. С малых лет Александра определили рядовым в лейб-гвардии Преображенский полк с пребыванием под опекой родителей. Когда ему исполнилось 14 лет, отец отправил его в Берлин для приобретения навыков дипломатической службы, но вскоре возвратил в Петербург для поступления в сухопутный кадетский корпус. В 1740 году, не дождавшись окончания учёбы, юный Румянцев по ходатайству был произведён в прапорщики. С 1741-го служил в Финляндии при отце уже капитаном. В 1743-м (в чине полковника) был назначен командиром Воронежского пехотного полка, в 1748-м участвовал в походе русских войск на Рейн.

Первые серьёзные шаги на полководческом поприще он делал во время так называемой Семилетней войны*, командуя бригадой, затем дивизией. Особенно отличился Румянцев под Грос-Егерсдорфом (1757 г.) и Кунесдорфом (1759 г.), где русские войска нанесли сокрушительное поражение прусской армии Фридриха II. В 1761 году во главе корпуса Румянцев успешно руководил осадой и взятием крепости Кольберг.

В 1764 году его назначили (без оставления военной деятельности) президентом Малороссийской коллегии и генерал-губернатором Малороссии. Однако «поле брани снова позвало его на ратные подвиги». С началом Русско-турецкой войны 1768—1774 гг. «президент-военачальник» командовал 2-й армией, а затем (1769 г.) возглавил экспедицию по взятию Азова с последующим назначением командующим 1-й армией.

За победы над турками при Ларге и Кагуле П.А. Румянцев получил фельдмаршальский жезл, а вскоре почётное добавление к своей родовой фамилии — «Задунайский» и назначение на должность командующего тяжёлой кавалерией.

С началом очередной Русско-турецкой войны 1787—1791 гг., снова командуя 2-й армией, он, войдя в конфликт с главнокомандующим Г.А. Потёмкиным, «самоустранился от обязанностей военачальника», за что в 1789 году был отозван с фронта «к управлению Малороссией». Пять лет спустя «отставной фельдмаршал» активно участвовал в подготовке войск, направлявшихся в Польшу для подавления восстания под руководством Т. Костюшко. Хронология его полководческой деятельности «обозначена» многочисленными наградами: орденами Св. Андрея Первозванного, Св. Георгия 1-й степени, Св. Владимира 1-й степени, Св. Александра Невского 1-й степени, золотым оружием (дважды), иностранными орденами.

Проявив себя как искусный предводитель войск на поле брани, талантливый воспитатель подчинённых, даровитый администратор и дипломат, Пётр Александрович приобрёл известность и как интересная, яркая личность. Умный от природы, живой, острый на язык, глубоко образованный, мужественный, безгранично энергичный, горячий патриот, требовательный начальник, но простой в общении, он внушал глубокую симпатию близко соприкасавшимся с ним людям. Эту одарённость он развил и углубил хорошим образованием, обширной начитанностью как по общим, так и по чисто военным вопросам.

Вместе с тем Румянцев зарекомендовал себя суровым и требовательным, применяя даже тяжёлые наказания, по делу, конечно. Почитая заветы Петра I, он искренне любил русского солдата. Подчинённые знали это и любили его за справедливость. «По-петровски» заботясь о солдате, он был неумолим по отношению к тем, кого уличал в обкрадывании солдат, а после удачных сражений, желая поощрить особо отличившихся, иногда выдавал за свой счёт денежные награды.

Своих солдат-ветеранов Пётр Александрович знал в лицо, по фамилии и имени. Впрочем, это присуще всем великим полководцам, да и их «солдатское чувство братства» особенно горячо воспринималось рядовыми. За это солдаты любили Петра Великого, Суворова, Кутузова. Про Румянцева ветераны говорили: «Он настоящий солдат».

Ему как наставнику и воспитателю подчинённых достались «лихие времена». Петровские порядки в русской армии, которые сплачивали солдат и матросов, покрывших себя бессмертной славой на поле сражения у Полтавы, на Балтийском море, у мыса Гангут, в годы царствования Анны Иоанновны (1730—1740), при которой в войсках командовали немецкие генералы, были заменены презрением к солдату, ограблением его, жестокими наказаниями, бессмысленной тупой муштрой, неудобным обмундированием. Чтобы превратить замордованного солдата, полуграмотного офицера и малоискусного генерала в выдающихся по мужеству и боевому мастерству героев, требовались иные подходы в воспитании и боевой учёбе. За время своей 56-летней военной службы Румянцев принял довольно заметное участие в этой огромной работе. Прежде всего он разработал «человечную систему» воспитания войск, стремясь развить в каждом солдате сознательное отношение к воинскому долгу, высокие моральные качества. Прямым выводом отсюда явилось формирование инициативности, чувства товарищеской спайки и взаимной поддержки, прочной связи между офицером и солдатом, «смелости в натиске и стойкости в обороне»1.

Особое значение полководец придавал воспитанию патриотических чувств воинов, считая, что «Родина и Честь прежде всего». Оценка солдата как сознательного защитника Отечества, вера в его силы и моральную стойкость были основой, на которой строилась военная система П.А. Румянцева. В этом полководец непосредственно продолжал традиции Петра I. «Если положение военного человека в государстве считается сравнительно с другими людьми беспокойным, трудным и опасным, — отмечалось в “Инструкции ротным командирам”, — то в то же время оно отличается от них и неоспоримою честью и славою, ибо воин превозмогает труды часто несносные и, не щадя своей жизни, обеспечивает сограждан, защищает их от врагов, обороняет отечество»2.

Инструкция, исходя из «Обряда жизни», требовала уважения к рядовым, повышения их чувства собственного достоинства. Забота о солдате, его физическом здоровье, бытовом благоустройстве, госпитальном обслуживании выдвигалась как первый долг командира. Во всём этом звучат мотивы, получившие дальнейшее развитие в деятельности Суворова, который не без основания называл Румянцева своим учителем.

Важным моментом в воинском воспитании Румянцев считал всемерное развитие у солдат сознательного отношения к своим обязанностям и «всегда старался возбудить в подчиненных» гордость «почетным званием воина», «благородное соревнование» и чувство собственного достоинства3.

Другим направлением укрепления воинской доблести у солдат было широкое культивирование боевых традиций каждой воинской части, её боевого прошлого. «Надлежит внушать солдату любовь и привязанность к полку, в котором служит, — указывалось в “Инструкции ротным командирам”, —  объясняя ему полковую историю, с тем чтобы каждый честь, заслуженную полком, на себя переносил». А это значило, что в поступки каждого солдата необходимо «внедрять» инициативу, сметливость, выносливость и все остальные качества храброго и стойкого воина.

Первостепенное значение Румянцев придавал укреплению дисциплины в армии. Он говорил, что душой службы является дисциплина, а её фундаментом — воспитание. В системе воспитания дисциплинированности он умело сочетал методы убеждения и принуждения. Кроме того, требовал беспрекословно выполнять все приказы и распоряжения командиров и начальников. «В особенности же надлежит каждому толковать, как необходимо нужен строй и порядок и что оными победы также получаются, как и храбростью, одна же храбрость без них ни к чему не служит». Преимущество такого метода воспитания было очевидно. Если солдаты в соответствии с румянцевской системой будут иметь амбицию и «сохранять строй непоколебимо», то никакие «превосходные силы» их не одолеют, и ничто против них не устоит.

Румянцев считал, что воинскую дисциплину, которую он называл душой службы, необходимо «в самом высшем градусе» сохранять. В своих приказах фельдмаршал неоднократно указывал, что «все успехи от доброго порядка, послушания и равенственного отправления службы зависят… и тем взаимная доверенность между командующим и войском и спокойствие оных утверждается»4. Не отказываясь от применения физических наказаний, он устанавливал индивидуальную ответственность за совершённые проступки, стараясь при этом свести наказания за нарушения дисциплины до минимума: «Наказания должны делаться за каждую вину, разбирая оную»; «За маршировку и за приёмы отнюдь не бить, а показывать, как их должно делать»; «Наказывать должно неряху, пьяницу, но надлежит наблюдать, чтобы наказания не переходили в жестокость»; «Этим человека не поправишь, а только в лазарет отошлёшь»5. Требуя от офицеров уважения к солдату и постоянного общения с солдатской массой, фельдмаршал укреплял армию «обоюдной связью любви и послушания» между командным и рядовым составом и воспитанием сознательности солдат, с которыми систематически проводились беседы «о службе, о повиновении, о приверженности к государю и отечеству, о сохранении присяги и верности»6. Его забота о солдатах проявлялась в «облегчении им службы», введении удобного обмундирования, сокращении телесных наказаний, что укрепляло дисциплину.

Хотя Румянцев не был так близок к солдатам, как это получалось у его учеников Суворова и Кутузова, но всё же, повторимся, пользовался большой популярностью в армии, и его личное влияние на солдатские массы было огромно. Не случайно, по некоторым известиям, рядовые восторженно приветствовали его после победы у Кагула его же словами: «Ты — прямой солдат», «Ты — истинный товарищ»7.

Большое значение в воспитании войск и в повышении их боеспособности имело стремление Румянцева ослабить противоречия между «офицерством» и солдатским составом, комплектовавшимися из разных классов.

Как и для Петра I, для Румянцева русский солдат был не бессловесным автоматом, предназначенным под угрозой жестоких наказаний только выполнять приказания начальства, а представителем русского народа, призванным к великому и почётному делу защиты Отчизны, исполненным готовности сложить свою голову на поле брани. Он рассматривал солдата как своего боевого товарища, от доблести которого целиком зависит успех в бою. Подобного отношения требовал и со стороны офицеров. «Инструкция ротным командирам» вменяла им в обязанность знать всех солдат своего подразделения в лицо, по имени и фамилии, их семейное положение и насущнейшие нужды, постоянно заботиться о «солдатском благополучии». <…>

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

___________________

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Коробков Н.А. Фельдмаршал П.А. Румянцев-Задунайский. М.: Огиз, 1944. С. 20.

2 Там же. С. 21, 22.

3 «Анекдоты, объясняющие дух фельдмаршала графа П.А. Румянцева–Задунайского». СПб., 1811. С. 22.

4 Военный сборник. 1871. Кн. 11. С. 3.

5 Клокман Ю.Р. Фельдмаршал Румянцев в период русско-турецкой войны 1768—1774. М., 1954. С. 171.

6 Фельдмаршал Румянцев (1725—1796 гг.). Сб. документов и материалов. М.: Огиз, 1947. С. 12, 13.

7 «Анекдоты, объясняющие дух фельдмаршала графа П.А. Румянцева-Задунайского». С. 22.

Румянцев-Задунайский. Гравюра Румя́нцев-Задуна́йский Петр Александрович (4 (15) января 1725, Строенцы, Молдавия — 8 (19) декабря 1796, Ташан, Украина) — российский государственный деятель, полководец, граф, генерал-фельдмаршал (1770). В Семилетней войне овладел крепостью Кольберг (Колобжег). С 1764 года президент Малороссийской коллегии. В русско-турецкой войне 1768-1774 годов одержал победы при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле (1770); впервые применил дивизионные каре в сочетании с рассыпным строем стрелков, что означало отход от линейной тактики; автор военно-теоретических работ. Петр Румянцев родился в потомственной дворянской семье. Его отец, генерал-аншеф Александр Иванович Румянцев был сподвижником Петра I, участником всех важнейших сражений Северной войны и Персидского похода, впоследствии стал кaзанским губернатором и сенатором. Мать Мария Андреевна была внучкой А.С. Матвеева, в семье которого воспитывалась мать Петра I, царица Наталья Кирилловна. Молва 18 века признавала Петра Румянцева сыном императора Петра Великого. Крестной матерью младенца бьла Екатерина I. Петр Румянцев в шестилетнем возрасте был зачислен в полк. Дома его обучали грамоте и иностранным языкам, а в 1739 года причислили к российскому посольству в Берлине, полагая, что пребывание за границей будет способствовать образованию юноши. Однако вырвавшийся из-под отцовского надзора Петр проявил характер мота и повесы и был отозван в Петербург для продолжения учебы в Шляхетском корпусе. В столице юноша компрометировал отца своим поведением и был отослан в полк в Финляндию. Редактировать

Начало карьеры

С началом русско-шведской войны 1741-1743 годов Румянцев принял участие в боевых действиях в чине капитана. Последовавший затем Абоский мир был подписан его отцом, который послал сына к императрице с текстом договора. На радостях Елизавета Петровна произвела восемнадцатилетнего капитана сразу в полковники. Важный чин не умерил, однако, его энергии, и слух о скандальных похождениях Петра Александровича дошел до ушей императрицы; та велела отцу наказать сына, что послушный генерал и исполнил, собственноручно выпоров восемнадцатилетнего полковника розгами. Редактировать

Семилетняя война

С началом Семилетней войны Румянцев, уже генерал-майор, своими действиями сперва сыграл решающую роль в победе под Гросс-Егерсдорфом, затем участвовал в походе в Восточную Пруссию, взятии Тильзита и Кенигсберга, отличился при Кунерсдорфе, а в 1761 году штурмом захватил ключевую для победы над Пруссией крепость Кольберг. Но в тот момент, когда донесение Румянцева о штурме Кольберга печаталось в сенатской типографии, умерла императрица Елизавета Петровна. Взошедший на престол Петр III вызвал его в Петербург, произвел в генерал-аншефы и приказал возглавить армию против Дании. Редактировать

Начало царствования Екатерины II. Новые назначения

В марте 1762 года Румянцев отправился в Померанию, где занялся подготовкой войск. Здесь его застала весть о перевороте в Петербурге. Румянцев остался верен присяге и не стал приносить новой, пока не получил известия о смерти Петра III. Присягнув же Екатерине II, он стал проситься в отставку. Однако императрица отвечала ему, что он напрасно полагает, будто фавор у бывшего императора будет поставлен ему в вину и что, напротив, он будет принят в соответствии со своими заслугами и чинами. Свою роль в таком отношении к Румянцеву сыграло, возможно, то, что его сестра Прасковья (1729-86), жена графа Я. А. Брюса с 1751 года, была статс-дамой и близкой подругой Екатерины II. Впрочем, Петр Александрович не спешил и возвратился в Петербург лишь в следующем году, чтобы затем вскоре снова попроситься в отпуск. В конце 1764 года Румянцев был назначен генерал-губернатором Малороссии и президентом Малороссийской коллегии. Это назначение последовало за уничтожением гетманства и свидетельствовало о высочайшем доверии императрицы, снабдившей Румянцева пространной секретной инструкцией. Основное значение его новой миссии состояло в постепенной ликвидации остатков украинской автономии и превращении Малороссии в заурядную губернию Российской империи. Результатом его деятельности было исчезновение традиционного административного деления Украины, уничтожение следов былой казачьей «вольницы» и распространение крепостного права. Румянцев немало постарался также для улучшения системы сбора с украинцев государственных податей, почтовой связи и судопроизводства. Одновременно он пытался бороться с пьянством и время от времени добивался для жителей подвластного ему края налоговых льгот. Редактировать

Вновь на военном поприще

Однако настоящий «звездный час» Петра Александровича пробил с началом в 1768 году русско-турецкой войны. Правда, первый год войны он провел в должности командующего 2-й армией, которой в планах петербургских стратегов отводилась вспомогательная роль. Но поскольку и на этом посту он оказался активнее А. М. Голицына, командовавшего 1-й армией, то к началу второй компании Румянцев заступил на его место. Переформировав и значительно укрепив армию, генерал весной 1770 года перешел в наступление и одержал ряд блестящих побед сперва у Рябой Могилы, затем у Ларги, где турки потеряли около 3 тысяч человек против ста убитых русских и, наконец, у р. Кагул. В последующие несколько месяцев армия Румянцева успешно продвигалась вперед, захватывая новые и новые крепости. И хотя война продолжалась еще несколько лет, в течение которых полководец продолжал командовать русскими войсками с тем же блеском, судьба ее была решена именно при Ларге и Кагуле. Когда же в июле 1774 года Румянцев заключил выгодный для России мир, императрица написала ему, что это «знаменитейшая услуга… пред нами и отечеством». Год спустя во время официального празднования в Петербурге победы над турками Петр Александрович получил фельдмаршальский жезл, почетный титул — Задунайский, осыпанные алмазами звезду Ордена Андрея Первозванного, лавровый венок и масличную ветвь и, по обычаю тех времен, пять тысяч душ крестьян. Редактировать

Соперничество с Потемкиным

Вернувшись после войны к своим прежним обязанностям малороссийского генерал-губернатора, Румянцев, однако, вскоре был несколько оттеснен на задний план появлением на российском политическом небосклоне Г. А. Потемкина. В соперничестве с ним прошло около двадцати последующих лет жизни полководца, а когда в 1787 году началась новая война с турками, не желавший находиться в подчинении у фаворита Румянцев сказался больным. Но и уже после смерти Потемкина, получив в 1794 году назначение командующим войсками, посылавшимися в Польшу на подавление восстания Т. Костюшко, Румянцев принять его не смог и руководил армией лишь формально, отдав бразды правления в руки А. В. Суворова. Как полководец, теоретик и практик военного искусства Румянцев стал одним из инициаторов перехода от линейной тактики к тактике колонн и рассыпного строя. В боевых порядках он предпочитал использовать дивизионные, полковые и батальонные каре, отдавал предпочтение легкой кавалерии перед тяжелой. По его мнению, следовало равномерно распределять войска на театре военных действий, был убежден в преимуществе наступательной тактики перед оборонительной, большое значение придавал подготовке войск, их моральному духу. Свои взгляды на военное дело Румянцев изложил в «Правилах генеральных» и «Обряде службы», которые оказали значительное влияние на Г. А. Потемкина и А. В. Суворова. В 1799 года на Марсовом поле в Петербурге был установлен памятник Румянцеву в виде невысокой черной стелы с надписью: «Румянцева победам». Позднее памятник был перенесен в Румянцевский сквер на Университетской набережной. Автор: Редактировать

Дополнительная литература

  • Бантыш-Каменский Д. Н. Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмашалов. СПб., 1840. Часть 2.
  • Буганов В.И., Буганов А.В. Полководцы XVIII в. М., 1992.
  • Петров М. Т. Румянцев-Задунайский. – М.: АСТ: Астрель, 2002.
  • Фельдмаршал Румянцев. – М.: Вост. лит. 2001.
  • Русские полководцы, или Жизнь и подвиги российских полководцев от времен императора Петра Великого до царствования императора Николая I. – М.: Изд. центр «Терра», 1997.

Статья находится в рубриках

Граф Александр Иванович РумянцевВ — русский дипломат и военачальник, правитель Малороссии в 1738—1740 годах, астраханский и казанский губернатор в 1735—1736 годах.

Биография

Отпрыск древнего рода Румянцевых, сын стольника Ивана Ивановича Румянцева (ум. 1711).

Участвовал в Северной войне 1700—1721 годов. В 1700 годуВ — адъютант окольничего П.В М.В Апраксина. В октябре 1700 года участвовал в сражении под Нарвой.

С 1703 годаВ — в Преображенском полку. В его составе участвовал во взятии Нарвы, Митавы, в осаде Выборга, в сражении при Лесной. В феврале 1708 года произведён в прапорщики.

В июне 1709 года отличился в Полтавском сражении.

В 1711 году участвовал в Прутском походе.

В мае 1712 года был командирован к российскому послу в Копенгагене, произведён в поручики.

С 1712 года состоял адъютантом Петра I, исполнял его поручения:

  • в 1714 году в чине капитан-поручика набирал в Архангельске 500 матросов для строившегося корабля;
  • в 1715 году овладел небольшим финским городом Каянсбергом;
  • в 1716 году сопровождал Петра I в заграничном путешествии;

С конца 1716 года следил за передвижениями царевича Алексея Петровича от Австрии до Неаполя. В июле 1717 года был послан вместе с П.В А.В Толстым с приказанием вернуть царевича и привезти его в Петербург. Распространённая версия приписывает Румянцеву причастность к гибели царевича (1718В год); однако документ, представляющий собой письмо Румянцева некому Титову или Татищеву с описанием убийства является подделкой. За успешное выполнение этого важного поручения Румянцев в декабре 1718 года произведён в гвардии майоры и генерал-адъютанты, пожалован деревнями, конфискованными у сторонников царевича.

В 1720 году был послан к шведскому королю Фридриху I с поздравлениями по случаю вступления на престол.

В августе 1721 года произведён в бригадиры. В 1722 году во главе батальона Преображенского полка сопровождал Петра I в Персидском походе, в 1724 произведён в генерал-майоры.

Пётр I посылал его также в Малороссию по делу о Полуботке, чтобы узнать настроение народа.

В 1724 году отправлен чрезвычайным послом в Константинополь, затем командовал всеми русскими войсками в Прикаспийских землях. 6 января 1726 года награждён орденом Св. Александра Невского. В июне 1727 года произведён в генерал-поручики. По возвращении в Москву в ноябре 1730 года пожалован в подполковники лейб-гвардии Преображенского полка.

В 1732 году отказался занять пост главноуправляющего государственными доходами (президента Камер-коллегии). По этой причине, а также за нерасположение к немцам и протест против роскоши при дворе был лишён чинов, ордена и сослан в казанскую деревню. В 1735 году восстановлен в чине генерал-лейтенанта и назначен астраханским, а затем казанским губернатором и назначен командующим войсками, отправленными на подавление восстания башкир. В 1735—1736 годах — начальник Комиссии башкирских дел.

С 1736 года служил в армии под начальством Б.В К.В Миниха, принимал участие во взятии Очакова, будучи командиром дивизии. В 1737 году произведён в генерал-аншефы.

В 1738 году назначен правителем Малороссии, вскоре переведён в действующую армию.

В 1740 году назначен чрезвычайным и полномочным послом в Константинополь. В 1741 году заключил договор в дополнение к Белградскому миру. В 1741 году награждён орденом Святого апостола Андрея Первозванного.

В мае 1742 года участвовал в Москве в коронации императрицы Елизаветы Петровны; получил от неё табакерку, украшенную алмазами, 35 тыс. руб. и был произведён в полковники лейб-гвардии Преображенского полка. С августа 1742 годаВ — уполномоченный от России для ведения мирных переговоров со Швецией, в августе 1743 года подписал Абоский договор со Швецией, за что в 1744 году был возведён в графское достоинство.

При императрице Елизавете Петровне враги А.В П.В Бестужева прочили одно время Румянцева в канцлеры, но Елизавета отклонила это назначение.

Семья

Жена (с 1720В г.)В — Мария Андреевна (1699—1788), наследница крупного состояния своего отца графа Андрея Артамоновича Матвеева. В браке родились дети:

  • Екатерина (1721—1786)В — замужем за генерал-поручиком Н.В М.В Леонтьевым;
  • Пётр (1725—1796)В — генерал-фельдмаршал;
  • Прасковья (1729—1786)В — статс-дама, замужем за генерал-аншефом Я.В А.В Брюсом;
  • Дарья (1730—1817)В — замужем (в 1755—1758В гг.) за графом Ф. И. Вальдштейном, затем за князем Ю.В Н.В Трубецким; от второго брака дочь Прасковья

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий