Больше не «картавый»: как изменился и чем занят кудрявый красавец Павел Артемьев из группы «Корни»

image 3 февраля 2014

«Волна» публикует напечатанный в последнем номере бумажной «Афиши» большой разговор с великим кинокомпозитором и пионером советской электроники Эдуардом Артемьевым, сочинявшим для Тарковского, Михалкова и даже Валерия Леонтьева.

  • image Вы продолжаете писать много музыки для кино.

— Всего у меня около 200 картин, и сейчас я сильно сократил объемы. В прошлом году одну картину сделал, от всех остальных отказался. В этом году тоже, вероятно, будет одна. С Михалковым я сейчас занимаюсь фильмом по Бунину. Называется «Солнечный удар». Вот только начинаю соображения.

  • — Вы четко ассоциируетесь с Никитой Сергеевичем и его фильмами. За последние 10–15 лет характер ваших взаимоотношений как-то поменялся?

— Нет, за 40 с лишним лет у нас с ним образовались глубокие дружеские ­связи. Родственниками стали: Никита Сергеевич — крестный отец моего внука, а я — его дочки. У нас удивительные отношения, и так долго держатся, и так благотворно — это настоящее счастье. Никита меняется, конечно, ставит новые задачи, приходится много раз пробовать, спрашивать — туда или не туда двигаюсь. Следующий фильм у него будет более интимный, чему я рад. Герой уезжает в Крым и там гибнет. В сценарии есть аллюзии на «Рабу любви», и Михалков включил ряд линий из «Окаянных дней». Я видел материал — очень сильный.

  • — Михалков вас периодически называет Алексием — вашим церковным именем. В какой-то момент, видно, произошло изменение ваших отношений с Богом?

— Я родился в Новосибирске — там отец работал. Перед самой войной мы приехали в Москву и несколько месяцев прожили у бабушки. А она человек редкой религиозности и, я бы сказал, фанатичности — совершенно не терпела никаких возражений по части убеждений. И когда она узнала, что внука назвали Эдуардом, то выбрала из святцев ближайший день ко дню рождения — там был Алексий, человек Божий, — и так это за мной и привилось.

Артемьев в домашней студии с котом Диккенсом, начало 80-х

  • — Чем ей не нравилось имя Эдуард? Английское имя?

— Смешная история. В нашем дворе на Большой Грузинской жил один старорежимный господин с собачкой, и собачку звали Эдик. И бабушку бесило, что этот господин, когда с ней гулял, звал ее : «Эдька! Эдька!» Потом в 1945-м я пошел в первый класс и вновь оказался рядом с бабушкой. Она молилась с утра до ночи. Просыпался в школу, а она уже на коленях стоит. И когда я в зрелом возрасте стал сам молиться, выяснилось, что все эти слова помню из детства. Благодаря бабушке я всегда жил в церковном мире, неосознанно. Можно считать, что я с детства был религиозен, но не воцерковлен. А потом, наверное, просто пришло время.

  • Студия фирмы «Мелодия» во время записи пластинки «Тепло земли»Если сравнивать современность с советским временем, то в какой из эпох вы себя чувствуете комфортнее?

— Вопрос удивительный. Мне вообще все равно. В советское время каких-то композиторов преследовали — Альфреда Шнитке, например, но мы занимались электроникой. А политика и нормативная эстетика Советского Союза воспринимали ее как маргинальный предмет, и нам абсолютно не мешали. Я не могу пожаловаться — я занимался чем хотел. Электроника стала востребована в кино, которое всегда стояло на передовых позициях по части освоения новых технологий. И сейчас я занимаюсь примерно тем же. Так что как художник я никаких притеснений никогда не испытывал. Но если говорить меркантильно, с точки зрения магазинных полок, на которых теперь есть все… Я вспоминаю эти очереди совершенно кошмарные и не понимаю, как можно было довести гигантскую страну с такими возможностями до подобного обнищания. Бездарные руководители, значит, были. А сейчас все-таки для страны настал момент благополучия, но надо много работать, чтобы себе его позволить.

  • — То есть никакой ностальгии по прошлому вы не испытываете? Никакого желания написать письмо двадцатилетнему Артемьеву из 2014 года у вас нет?

— Грущу только по своим близким, ушедшим от меня, — по отцу, матери, друзьям. Все остальное проходит, и я ни о чем не жалею. Я иногда начинаю ­думать, а был я там или нет. Такое впечатление, что я иду, а сзади все обрубается. И в прошлом только темнота.

  • — Есть мнение, что в советское время была идеологическая цензура, а сейчас действует цензура рубля, массового вкуса — и место завлита занял продюсер.

— Я с этим познакомился еще в Америке, когда в 1988 году попал в Лос-Анджелес, а в 1991-м я туда переехал и прожил до 1993 года. В ту систему я вписался, и мне нравилось, что один человек решает все. Американские продюсеры прошли огромную школу и четко понимают, чего хотят. Главное для них, чтобы не только они заработали, но чтобы и ты заработал. Чтобы тебя можно было и дальше использовать в деле. У нас я вижу все наоборот: главное — хапнуть, а на остальных наплевать. Есть, к примеру, такой продюсер Сельянов, который заявил, что композитору вообще не надо платить. Это просто замечательно, когда у своего коллеги он считает необходимым отобрать заработок. Далеко пойдет.

  • — Почему вы вернулись из Америки?

— Это тоже случай. Михалков пригласил на «Утомленных солнцем». Позвонил, сказал, приезжай работать над картиной. Я спрашиваю: «На сколько?» Он говорит: «Ну давай на два месяца». Ну а потом застрял я как-то здесь. Жена меня ждала-ждала, потом тоже вернулась в Москву. В США закончились все дела, и в итоге я остался здесь.

  • — Но там явно жить было комфортнее?

— Особенно в 90-е. Когда мы там жили, я пару раз возвращался в Москву по квартирным делам и застал здесь пустые магазины. Вообще, я Лос-Анджелес очень люблю, по климату это абсолютно мой город — вечное лето, ниже 16 гра­дусов не бывает. Язык я знал достаточно, чтобы работать, в профессиональном и бытовом плане я не испытывал трудностей. Было непросто читать газеты, а журналы по технике я читал всегда. У меня однобокий английский язык — электроника, музыка… Литературу я читать не могу. Вообще же, США — страна эмигрантов. Там если ты чего-то можешь, то все дороги открыты. Никто меня не спрашивал, коммунист ли я, — вот что поражало. И то, что у меня были какие-то достижения в Союзе, для них тоже было абсолютно неважно. Мой первый продюсер Дэвид Чаклер, с которым меня познакомил Кончаловский, посмотрел на обложки пластинок, что я ему привез в офис, и говорит: «Это все Европа. Если в Америке не работал, то все остальное нас не интересует». Сразу нашел мне задание: «Вот три эпизода из «Гомера и Эдди», даю неделю, сделай музыку». Я сделал, и мы стали работать.

Артемьев, Наталья Бондарчук и Андрей Тарковский во время работы над фильмом «Солярис». Фотография с конверта пластинки

  • — В чем, по-вашему, преимущества и недостатки возраста? Дети обычно хотят поскорее стать взрослыми, а старики жалеют о прожитых годах.

— Может, по недальновидности, по легкомыслию, но я себя в любом возрасте чувствую отлично. Мне кажется, я совершенно не изменился. Никаких перемен. Я занимаюсь той же музыкой. Мне трудно судить о ее качестве — может быть, оно и упало, но я работаю с увлечением и так же много. Я не чувствую никаких недостатков возраста, кроме того, что времени, судя по всему, осталось мало. Надо много еще чего успеть. Вот это основная тема моих огорчений и беспокойств.

  • Венчание Артемьева в Латвии, 1980 год Вы застали мировую войну — опыт, не знакомый никому из следующих поколений. Это ценно?

— Я помню, война застала нас в Архангельске. Там немцы бомбили только порт, а мы жили далеко от него и лишь слышали бомбежки. Помню воздушную тревогу… и только через родителей, которые бежали со мной в бомбоубежище, вспоминаю тот ужас. Мне было 4 года, я уже соображал. Ярчайшее воспоминание — это как какой-то «мессершмит», который, видно, занимался прикрытием бомбардировщиков и почему-то сошел с маршрута, пролетел над крышей нашего двухэтажного дома. Мы вышли из бомбоубежища — и вдруг такой жуткий рев непонятно откуда. Раздались крики, люди стали падать на землю, и немец про­летел прямо надо мной — я видел летчика. Главное, что он покачал крыльями. Все думали, что он нас из пулемета полоснет, но нет, пролетел, покачал крыльями и куда-то скрылся. Наверное, смотрел, как идет улица. Я помню, как родители рассуждали, почему это он покачал крыльями. Вот такие воспоминания — больше глазами и чувствами родителей… Помню еще, в Архангельске мы видели трупы людей, умерших от голода. Я спрашивал у мамы, и она говорила, это они спят. И слава богу, что люди растут без таких воспоминаний. Хотя вот Чечня — там же хватили и те и другие и почувствовали ненависть. И, честно говоря, предчувствие чего-то ужасного меня не покидает. Начало века ведь. Двадцатый тоже был неспокойным — подряд война, революция, война… То, что пережили те русские люди, — все наши беды на их фоне просто игрушки. Они потеряли все — страну, прошлое. И у меня все больше растет ощущение, что Россия никогда не сможет поправиться после той катастрофы. То, что сделали коммунисты… Господь им судья. Такую страну разгромить, замучить столько народа… Это необъяснимо.

  • — Электронная музыка как нечто оторванное от механического способа звукоизвлечения может что-то говорить о духовном опыте, а может, наоборот, ассоциироваться с наукой, с несакральными открытиями и надеждами человечества. Вот если посмотреть на ваше творчество — музыку к «Сталкеру», «Сибириаде», — в котором, безусловно, на первый план выходит метафизическое измерение, то это искусство — оно про Бога или про космос и науку?

Артемьев (на первой паре в центре) в классе своего дяди Николая Демьянова в КонсерваторииНи то ни другое… Представьте, что просто открылось окно — и я туда вошел. Что получалось, то получалось. И я даже не знаю, как описать это чувство. Чувство открытия, беспредельности, восхищения. И ничтожности, когда ты ощущаешь себя былинкой в огромном просторе. С другой стороны, ты смог туда войти. Значительно позднее ко мне пришло понимание, я для себя сформулировал, что такое вообще музыка. Я тогда музыкой назвал все, что имеет высоту, динамику и время. Если формально подходить, отбросив все эстетические категории, то в своем ­сознании ты можешь соединить любые шумы и, оперируя только тремя этими измерениями, создавать целый музыкальный мир. Ты можешь даже его не реализовывать. Я часто ловлю себя на мысли, когда что-то такое получается, что, высокопарно говоря, прикасаюсь к чему-то великому. Для обывателя — не человека религиозного культа — в системе резонансов дается возможность ­испытать связь с высшим существом.

  • — То, что музыка в режиме своего потребительского бытования за последние 5 лет оторвалась от физических носителей, вас как-то затронуло?

— Диски пока еще не исчезли окончательно — кто-то ими еще торгует. Главное преимущество мне видится тут в демократизации музыкальных студий. Если они откроют свои порталы и дадут возможность работать на их мощностях, сидя дома… Я бы с удовольствием с кем-нибудь так поработал, но пока это только разговоры.

  • — Важное изменение, связанное с электроникой, заключается в том, что если в 60-е она ассоциировалась с молодежью, то сейчас вся электроакустика, электронная музыка — это сложившаяся вещь, которой занимаются в основном люди в возрасте. Не обидно ли вам, что она стала такой музейной вещью?

— В вопросе есть ответ. Почему я ушел от чисто электронной музыки? Потому что она застряла на уровне эксперимента. Все эти фестивали, конференции — они до сих пор остаются в рамках экспериментов, и композиторы стали настолько элитарными, что их не интересует эмоциональное воздействие на человека. Они решают какие-то свои частные задачи. Да, вероятно, они двигают всю остальную музыку — в том числе поп-музыку — и совершают открытия в звукозаписи. Но реальный результат почему-то застыл.

Артемьев и Никита Михалков на записи телевизионной передачи в Ленинграде, 1982 год

  • — А вы следили за тем, что происходило за пределами академической среды? Kraftwerk, например, какое имеют значение для вас?

— Kraftwerk я не очень люблю. Немецкая школа — мне там не хватало чувств. В то же время работал Шульц — это фантастически красивая музыка. Ash Ra Tempel… Вот такой красоты, как они, больше никто не достиг. Даже Мишель Жарр, но он больше в поп пошел. В Kraftwerk мне не хватило художественного результата. Идеология, эстетика — для них это все имело большее значение, и, возможно, они одними из первых сделали концептуальную музыку. Они приезжали в Москву, и, я помню, мне позвонили с просьбой их представить. Но я сказал, что это не мой, так сказать, роман. Потом я послушал, что они делали в последнее время, и никаких изменений не обнаружил — законсервировались. Вообще, надо сказать, что о западной поп-музыке я очень высокого мнения. Если слушать не поверхностно, то мастерство там действительно великолепное. Yello, например. King Crimson, Mahavishnu Orchestra — все отцы арт-рока. Принс — поразительный артист. Особенно если говорить не о музыке, а о том, как она сделана. Это энциклопедия инструментовки, широчайший набор звукорежиссерских приемов.

  • — А про группу Daft Punk, которая свой последний альбом делала вместе с Джорджо Мородером и фактически всю пластинку посвятила изобретателям электронной поп-музыки, вы что-то знаете? Такие истории могут пробудить ваш интерес?

— Последние года 3–4 чужой музыки я почти не слушаю. Это не позиция и не поза — просто я не успеваю ничего. Если мне кто-то говорит «послушай», то я нахожу время. Но все-таки я выпал уже из обоймы. Мне вот сказали: послушай корейца этого — Сая. Хрен его знает, что это такое. Для меня это уже загадка — я не понимаю, в чем там дело, почему это так подействовало на людей. Это уже не музыкальное воздействие — это управление сознанием, что ли. Кстати, мимолетное замечание: постепенно сужается интонационный строй. Мемы все эти… Три ноты достаточно. Инструментовка, антураж, углубление, тембральная структура — работает сумма других качеств, нежели сама музыка.

Теги

Эдуард Николаевич Артемьев (род. 30 ноября 1937, Новосибирск)В — советский и российский композитор, народный артист России (1999). Известен в частности как автор музыки к фильмам Андрея Тарковского, Никиты Михалкова и Андрея Кончаловского. Живёт и работает в Москве.

Биография

Родился 30 ноября 1937 года в Новосибирске в московской семье, которая была здесь проездом. В семь лет был отправлен в Москву к дяде.

Первоначальное музыкальное образование получил в Московском хоровом училище. В 1960В году окончил Московскую консерваторию по классу композиции Ю.В А.В Шапорина.

Встретившись в 1960 году с инженером Е. Мурзиным, создателем одного из первых в мире синтезаторов, занялся исследованиями синтеза звука и электронной музыки (экспериментировал в студии Музея им. А. Скрябина, работал программистом в НИИ). В 1968 на Интернациональном конгрессе электронной музыки во Флоренции был представлен уникальный фотоэлектрический «АНС» (изобретатель Е. Мурзин, электронные композиции Артемьев). Участвовал в деятельности фирм звукозаписи и киностудий в Балтиморе, Бурже (1989). Президент Ассоциации электроакустической музыки при ЮНЕСКО.

Широкую известность принесла Артемьеву его работа в кино. В 1961 по совету композитора В. Мурадели озвучил фильм «Мечте навстречу». Он написал музыку более чем к 150 художественным фильмам, документальным и мультипликационным лентам. Среди них — три фильма А. Тарковского: «Солярис» (1972), «Зеркало» (1975), «Сталкер» (1978), фильмы Н. Михалкова, А. Кончаловского и В. Абдрашитова. Музыка Артемьева к кинофильмам записана на альбом «Территория любви» (1998).

Лучшие из песен Артемьева — это песни из кинофильмов либо песни, возникшие на материале музыки фильмов («Полет на дельтаплане», «Затихло где-то танго»), оригинальные песни-баллады, песни- поэмы («Здравствуй, день!», «Воспоминание», «Костры рябин», «Звездные просторы», «Все зеленое в сердце со мной»), звучащие в исполнении Г. Трофимова, В. Леонтьева, Ж. Рождественской, Р. Бабаян. Пример синтеза электронного рока и симф. музыки— вокальный цикл Артемьева «Кто я?» на ст. Ю. Рытхэу, созданный по заказу певицы Ж. Рождественской. Для ВИА «Поющие гитары» написана рок-опера «Преступление и наказание» (по мотивам романа Ф. Достоевского).

Артемьев является членом Союза композиторов и Союза кинематографистов России, президентом основанной им же в 1990 году «Российской ассоциации электроакустической музыки», а также членом исполнительного комитета Интернациональной конфедерации электроакустической музыки ICEM при ЮНЕСКО. Читает лекции для студентов-композиторов Московской консерватории и проводит мастер-классы. С 1964 по 1985 год работал старшим преподавателем по классу инструментовки в Институте культуры.

Работы Артемьева выпущены, в частности, CD-лейблом «Электрошок Рекордз», основанным во второй половине 1990-х годов его сыном Артемием Артемьевым.

Семья

  • Сын — Артемий (род. в 1966)В — композитор.

Награды

  • Малая Золотая медаль ВДНХ за музыкальную композицию «Мозаика» (1968).
  • Заслуженный деятель искусств РСФСР (1985).
  • Лауреат Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых за фильм «Курьер».
  • Почетный гражданин г. Балтимор (США, 1988).
  • Лауреат трёх Государственных премий в области литературы и искусства (1993, 1995, 1999) за художественные кинофильмы «Урга — территория любви», «Утомлённые солнцем» и «Сибирский цирюльник».
  • Народный артист России (1999).
  • Лауреат трёх премий «Ника» за лучшую музыку к фильму (1995, 2004, 2008) («Лимита», «Водитель для Веры», «12»).
  • Лауреат пяти премий «Золотой орёл» за лучшую музыку к фильму (2007, 2008, 2012, 2014, 2015) («Доктор Живаго», «12», «Дом», «Легенда № 17», «Солнечный удар»).
  • Лауреат премии «Искусство объединения Человека и информации» в номинации «Искусство» (2000).
  • Лауреат премии «Святой Георгий» XXIII Московского международного кинофестиваля «За выдающийся вклад в мировой кинематограф» (2001).
  • Премия имени М. Таривердиева (1999) за музыку к фильму «Мама».
  • Приз имени М.В И.В Глинки (2011) за музыку к фильму «Тихая застава».
  • Приз жюри и Российского авторского общества имени Андрея Петрова (2011) за музыку к фильму «Тихая застава»..
  • Орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени (16 августа 2013 года)В — за большой вклад в развитие музыкального искусства и многолетнюю творческую деятельность
  • Премия «Человек года» (2015)

Автор статьи: Рубрика: «Наши хиты»

Эдуарда Николаевича Артемьева можно без преувеличения назвать патриархом электронной музыки. В начале 1960-х он уже осваивал один из первых советских синтезаторов — АНС, созданный Евгением Мурзиным. Главной площадкой для реализации и продвижения творческих экспериментов стало телевидение и кино. Сначала Артемьев создавал свои «космические» пьесы для научно-популярных фильмов и передач, а затем перешёл в сферу фильмов художественных.

Эдуард Артемьев, Наталья Бондарчук и Андрей Тарковский во время работы над фильмом «Солярис».

Среди тех, с кем активно сотрудничал композитор, были такие громкие имена, как Андрей Тарковский, Андрей Кончаловский, Никита Михалков. При этом музыку Артемьев писал очень разную — это могли быть, как медитативно-шумовые зарисовки (для «Соляриса» Тарковского), так и более доступные поп-композиции (для «Сибириады» Кончаловского).

Стоит ли говорить, какую важную роль играет саундтрек для восприятия фильма? Правильно написанная и талантливая музыка а) создаёт нужное настроение, б) расставляет акценты и в) задаёт темп.

Э. Артемьев: «Для меня самое сильное «оружие» музыки — ее эмоциональное начало, способность прямо воздействовать на струны души, заставлять их резонировать»

Одна беда — если добротные кинопесни зритель, как правило, запоминает с ходу, то инструментальным темам сложнее «зацепиться» в массовой памяти. Впрочем, бывают и исключения…

Ни с одним из режиссёров Артемьев не работал так долго и постоянно, как с Никитой Михалковым. Их сотрудничество началось уже с дипломной работы юного режиссёра — «Спокойный день в конце войны» (1970). С этих пор Михалков «изменил» своему напарнику лишь один раз — во время съёмок картины «Очи чёрные» (фильм снимался совместно с итальянцами, поэтому и композитором стал итальянец). Артемьев признавался, что работать с Никитой Сергеевичем куда легче, чем с его старшим братом. Если Михалков ставил чёткие задачи и смотрел уже на результат, то Кончаловский любил непосредственно вмешиваться в композиторский процесс (давало знать полученное музыкальное образование).

Э. Артемьев: «…Михалкову важны тонкости, интонации. Вопрос основополагающей музыкальной темы вообще стоит у него на первом месте. Причем дело даже не в том, чтобы она была запоминающаяся: главное — некое «зерно», обращающее на себя внимание слушателя».

Н. Михалков: «Во время записи Лёша (Алексей – имя, полученное Артемьевым при крещении – С.К.) всегда выбегает со словами «лучше я уже не напишу». В первый раз, я испугался. А потом привык. Ничего, пишет!».

Эдуард Артемьев и Никита Михалков. 1982 год.

Самой популярной инструментальной мелодией в карьере Артемьева стала пронзительная тема «катарсиса» из первого полноценного фильма Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих». Она звучит в финальной сцене, где красноармеец Шилов, после долгих мытарств в тылу врага таки выходит на своих товарищей. Так как фильм позиционировался, как некий «красный вестерн», то и в музыке Артемьева многие замечали отсылки к этому жанру — например, к работам знаменитого кинокомпозитора Эннио Морриконе. Эдуард Николаевич не отрицал, что «некоторые музыкальные штрихи были сделаны умышленно», но признавался, что «о Морриконе в то время ничего не знал».

Забавно, что композитор сочинил эту мелодию не в «поте лица своего», а сходу (да ещё и будучи «под мухой»). По словам Артемьева, в тот день он выпивал с Михалковым в ресторане Дома Кино, и режиссёр весь вечер пытался объяснить, какую музыку он хотел бы слышать в финальной сцене («Понимаешь, это должна быть такая мелодия воспоминания»). Вернувшись домой, композитор подошёл к роялю, положил пальцы на клавиши и тут же сыграл ту самую мелодию. Артемьев сам обалдел от результата и срочно бросился записывать ноты, чтобы, не дай Бог, наутро ничего не забыть.

Михалкову всё тоже очень понравилось. Настолько, что, когда его призвали служить на флот (и работа над фильмом прервалась), он писал композитору письма, какие обычно пишут из армии девушкам: «Пожалуйста, дождись меня, и никому «на сторону» эту музыку не отдавай».

В 1974 году «Свой среди чужих, чужой среди своих», наконец, вышел на экраны и обрёл массовую любовь. Как показало время, финальную «тему трубы» слушатель тоже запомнил хорошо. Уже в «нулевых» Артемьев с удивлением узнал, что его мелодия — один из самых востребованных рингтонов для мобильников. А в 2002 году группа ГРАЖДАНСКАЯ ОБОРОНА записала на неё кавер для альбома «Звездопад».

Впоследствии тема из «Своего среди чужих…» нередко звучала в рекламе (даже в рекламе водки). Ну, а пиком её «карьеры» стал финал Олимпиады в Сочи 2014 года, где под музыку Артемьева в аранжировке Игоря Матвиенко был задут олимпийский огонь.

Есть в послужном списке Артемьева и один эстрадный хит. Но о нём я расскажу в отдельной статье.

Автор: Сергей Курий ноябрь 2017 г.

Эдуард Артемьев — автор симфоний, концертов и опер, но он никогда не изменяет кинематографу, сделавшему его знаменитым. Ему принадлежит музыка почти к двум сотням картин, среди которых фильмы Андрея Тарковского, Андрея Кончаловского, Никиты Михалкова и Дениса Евстигнеева.

Эдуард Николаевич, как будете день рождения отмечать?

Эдуард Артемьев: Никак. Просто посидим немного в домашнем кругу. Моим неподдельным желанием всегда было стремление оставаться незаметным. Я вообще долгое время мечтал сидеть за последним столом в какой-нибудь «бухгалтерии» и спокойно работать, чтобы никто не знал о моем существовании. Но лет десять назад на меня обрушилась какая-то не совсем понятная для меня слава. И сейчас получилось, что юбилейная суета очень некстати совпала с тем, что у меня экстремально много работы. А в кино сроки всегда очень жесткие, так что вся жизнь — это бесконечная гонка со временем.

Я дважды в жизни своими глазами видел «летающую тарелку»

Разве можно творить не по вдохновению, а по расписанию?

Эдуард Артемьев: Только так и можно. Вдохновение — слишком редкий гость, чтобы ожидать его визита. Так что я предпочитаю полагаться в работе не на наитие, а на профессионализм, жизненные впечатления и искренность.

Как вам удается такая грандиозная художественная амплитуда от «Соляриса» до «Цитадели» и «Щелкунчика»?

Эдуард Артемьев: Кино, как никакой иной жанр, предполагает универсализм композитора. А я в кино уже, считай, 50 лет. К тому же сегодня технические возможности кинематографа дают шанс композитору весь звуковой мир без ограничений трансформировать в музыку… Как ни странно из режиссеров, мне легче всего работать с Никитой Михалковым. Хотя он человек жесткий в своих требованиях.

Почему, на ваш взгляд, «Утомленные солнцем-2» не имели того успеха, который изначально предполагался Михалковым?

Эдуард Артемьев: Для России такая реакция характерна. Наше общество патологически завистливо. Я уверен, когда обстоятельства, связанные с общественной деятельностью Михалкова, схлынут, этот фильм будет оценен по достоинству. Картина ведь замечательная, уникальная…

Иногда слушая вашу музыку, возникает ощущение чего-то абсолютно фантастического. Вы верите в существование иных цивилизаций?

Эдуард Артемьев: Абсолютно. Не может быть, чтобы в таком гигантском, сумасшедшем мире человечество было одиноко. Так думать очень наивно.

А установить контакт с инопланетными цивилизациями, по-вашему, людям под силу?

Эдуард Артемьев: Это страшно. Я точно знаю, так как дважды в жизни своими глазами видел «летающую тарелку». Это было явно чуждое нам явление — светящееся трапециевидная махина, не меньше пятиэтажного дома, зависла в небе. Дело было глубокой ночью. Всего секунд тридцать, но зрелище было запредельное. После этого я даже очень сильно заболел…

Расскажите, пожалуйста, почему близкие люди зовут вас Алексеем?

Эдуард Артемьев: Когда я родился, в СССР были модны иностранные имена — Адольф, Альберт… Вот так я и стал Эдуардом по паспорту. Но меня крестили Алексеем, так как моя бабушка, человек набожный, категорически не приняла моего имени. К тому же в нашем дворе жила собака по кличке Эдик…

Вы с самого детства знали, что быть вам композитором?

Эдуард Артемьев: Я вырос в артистической среде. И хотя мой дядя, профессор консерватории, всегда очень скептически высказывался по поводу моих музыкальных способностей, было понятно, что мне на роду написано быть музыкантом.

Вы терзали сына или внука музыкальными занятиями?

Эдуард Артемьев: Нет. Меня жена освободила от всяческих семейных хлопот. Я всю жизнь занят работой, почти круглосуточно. Поэтому всегда даже плоховато знал, в каком классе учится мой сын. И данным обстоятельством, кажется, он был очень доволен.

Над чем вы сейчас работаете?

Эдуард Артемьев: Я занят музыкой к фильму «Легенда N17» режиссера Николая Лебедева. Эта лента о хоккеисте Валерии Харламове. Это, конечно, «не моя» тема. Но я посмотрел картину — очень хороший материал и сделано с большим теплом.

В «РГ» прошел показ фильма об Эдуарде Артемьеве

Культура Музыка Классика Лучшие интервьюГлавная » Артемьев Олег Германович — Биография

image

ДАТА И МЕСТО РОЖДЕНИЯ:

Родился 28 декабря 1970 года в г. Риге, Латвийская ССР.

УВЛЕЧЕНИЯ

Туризм, подводная охота, подводное плавание, горные лыжи, чтение книг.

СЕМЕЙНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ

Женат. Жена – Малихова Анна Сергеевна. Воспитывает сына Савелия. Родители, Герман Алексеевич и Ольга Николаевна Артемьевы, проживают в г. Витебске, Республика Беларусь.

ОБРАЗОВАНИЕ

В 1986 году окончил среднюю школу № 211 в г. Ленинске (сейчас Байконур) Кзыл-Ординской области Казахской ССР и поступил в Таллинский политехникум, который окончил с отличием в 1990 году по специальности «Электрооборудование промышленных предприятий и установок». В 1998 году окончил МГТУ им. Н.Э. Баумана по специальности «Техника и физика низких температур». В 2009 году с отличием окончил Российскую академию государственной службы при Президенте РФ по специальности «Управление персоналом».

ОПЫТ РАБОТЫ

После окончания МГТУ им. Н.Э. Баумана с 1998 года работал в РКК «Энергия» в отделе 293, где занимался разработкой бортовой документации и экспериментальной отработкой методик и оборудования ВКД в условиях моделирования невесомости на стенде «Селен» и гидроневесомости в гидролаборатории ЦПК имени Ю.А. Гагарина. Помимо этого, принимал участие в подготовке служебного модуля «Звезда» к старту в части ВКД (внекорабельная деятельность) и ТОР (техническое обслуживание и ремонт); принимал участие в подготовке к ВКД экипажей МКС; сопровождал «Выходы» на МКС в ЦУПе.

Принимал участие в морских тренировках экипажей по приводнению спускаемого аппарата (СА), входил в состав команды техобслуживания СА на месте посадки, а также в состав испытательной бригады в качестве испытателя скафандров «Орлан-М-ГН», «Орлан-ВН», EMU и страхующего водолаза в легководолазном снаряжении.

ПОДГОТОВКА К КОСМИЧЕСКИМ ПОЛЕТАМ

Решением Межведомственной комиссии по отбору космонавтов 29 мая 2003 года зачислен в отряд космонавтов РКК «Энергия».

С июня 2003 года по июнь 2005 года проходил общекосмическую подготовку в РГНИИЦПК им. Ю.А. Гагарина. После успешной сдачи экзаменов получил квалификацию «космонавт-испытатель».

С ноября 2005 года по январь 2011 года – космонавт-испытатель 291-го отдела РКК «Энергия», с 22 января 2011 года – космонавт-испытатель отряда космонавтов ФГБУ «НИИ ЦПК имени Ю.А. Гагарина».

С июля 2005 года по сентябрь 2011 года проходил подготовку в группе специализации и совершенствования ЦПК имени Ю.А. Гагарина.

С 15 по 29 ноября 2007 года и с 25 июня по 9 июля 2008 года принимал участие в двухнедельных испытаниях по программе проведения эксперимента «МАРС-500».

В 2008 году был задействован в полном цикле барокамерных испытаний скафандра «Орлан-МК» в ОАО «Звезда».

С 31 марта по 14 июля 2009 года участвовал в 105-суточном подготовительном исследовании по программе проведения эксперимента «МАРС-500».

В 2010 году и в 2011 году в качестве оператора СА готовил ТПК «Союз» № 701 и № 231 к старту.

С сентября 2011 года по сентябрь 2013 года проходил подготовку в составе дублирующего экипажа МКС-37/38 в качестве бортинженера ТПК «Союз ТМА-М» и бортинженера МКС.

2 сентября 2013 года начал прохождение комплексных тренировок в качестве бортинженера дублирующего экипажа МКС-37/38 вместе с командиром Александром Скворцовым и бортинженером-2 Стивеном Свонсоном. В этот день состоялась экзаменационная тренировка на тренажере корабля «Союз ТМА-М» по четырехвитковой схеме. Члены комиссии оценили работу экипажа на «4,9». 3 сентября члены дублирующего экипажа приняли участие в комплексной экзаменационной тренировке по двухсуточной схеме на тренажере ТПК «Союз ТМА-М». Комплексные тренировки на тренажере КК «Союз ТМА-М» и российского сегмента Международной космической станции экипажи проходили до 5 сентября. Экипаж в полном объеме завершил подготовку к полёту.

25 сентября 2013 года во время старта КК «Союз ТМА-10М» был дублёром бортинженера-1 корабля.

С сентября 2013 года проходил подготовку в составе основного экипажа МКС-39/40 в качестве бортинженера ТПК «Союз ТМА-М» и бортинженера МКС.

20 февраля 2014 года на заседании Главной медицинской комиссии (ГМК) в ЦПК, которая проанализировала данные медицинских обследований российских членов основного и дублирующего экипажей 39/40-й длительной экспедиции на МКС, признан годным к космическому полёту по состоянию здоровья.

4 марта 2014 года начал прохождение комплексных тренировок в качестве бортинженера основного экипажа МКС-39/40 вместе с командиром Александром Скворцовым и бортинженером Стивеном Свонсоном. В этот день состоялась экзаменационная тренировка на российском сегменте МКС, за которую экипаж оценку «отлично».

5 марта экипаж сдал зачетную тренировку на тренажере ТПК «Союз ТМА-М» с оценкой «4.9»

24 марта 2014 года на Байконуре на заседании Государственной комиссии по проведению летных испытаний пилотируемых космических комплексов утвержден в качестве бортинженера-1 основного экипажа ТПК «Союз ТМА-12М».

ПЕРВЫЙ ПОЛЁТ

Стартовал 26 марта 2014 года в качестве бортинженера корабля «Союз ТМА-12М», бортинженера 39-й и 40-й основных экспедиций МКС вместе с Александром Скворцовым и Стивеном Свонсоном. 28 марта корабль успешно состыковался с МКС.

ВТОРОЙ ПОЛЁТ

Полёт начался 21 марта 2018 года. Экипаж корабля «Союз МС-08» в составе командира корабля Олега Артемьева и бортинженеров Эндрю Фойстела и Ричарда Арнольда (НАСА), в 20:44 MSK, стартовал с космодрома Байконур к МКС. 23 марта корабль успешно состыковался с МКС.

Награды и почётные звания

  • Герой Российской Федерации (15 февраля 2016 года) — за мужество и героизм, проявленные при осуществлении длительного космического полёта на Международной космической станции
  • Лётчик-космонавт Российской Федерации (15 февраля 2016 года) — за мужество и героизм, проявленные при осуществлении длительного космического полёта на Международной космической станции
  • Почётный гражданин Байконура (Постановление Главы администрации г. Байконур № 110 от 27 мая 2015 года).
  • Знак Гагарина (ведомственная награда Роскосмоса, Приказ руководителя Федерального космического агентства № 357к от 8 октября 2014 года).
  • Почётный профессор Юго-Западного государственного университета (2015).

Космонавт Олег Артемьев

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий