Педагогические возможности музыки Р.М.Глиэра в развитии фортепианных навыков учащихся старших классов ДМШ

  • Исаевич Дина Анатольевна, преподаватель музыкально-теоретических дисциплин, фортепиано

Разделы: Музыка

Одна из основных задач музыкальной педагогики – формирование исполнительского мастерства учащегося. Несомненно, успех в обучении и развитии юного исполнителя во многом определяется умелым выбором индивидуального репертуара, который играет большую роль в педагогическом процессе. Дидактический аспект подбора фортепианного репертуара предполагает его направленность в одинаковой мере как на формирование художественно-интеллектуального уровня подготовки учащегося-музыканта, так и на развитие его исполнительской техники в процессе обучения игре на инструменте.

Важно подбирать тот репертуар, который бы нравился учащемуся, находил у него живой эмоциональный отклик, а так же соответствовал его реальным исполнительским возможностям. Именно таким требованиям отвечает фортепианная музыка Р.М. Глиэра. Обладая яркой выразительностью, эмоциональностью, пьесы Глиэра доступны для исполнения детьми, еще не достигших профессионального мастерства. Более того, они содержат большой потенциал для развития фортепианного мастерства юного музыканта.

Таким образом, актуальность данной работы заключается в ее направленности на практические потребности музыкального образования.

Целью работы является выявление педагогических возможностей музыки Р.М. Глиэра в развитии фортепианных навыков учащихся старших классов в ДМШ.

Реализация названной цели требует выполнения следующих задач:

  • Рассмотреть стилистические особенности фортепианной музыки Р.М. Глиэра.
  • Выявить учебный потенциал музыки Глиэра в развитии фортепианных навыков учащихся старших классов в ДМШ.

Рейнгольд Морицевич Глиэр – замечательный советский композитор, дирижер, педагог, продолжатель русских классических традиций. Композитор развивался под непосредственным воздействием П.И. Чайковского, С.В. Рахманинова. В неменьшей степени повлияло на формирование Р.М. Глиэра творчество петербургских музыкантов – А.С. Бородина, Н.А. Римского-Корсакова, А.К. Глазунова, А.К. Лядова. Об этом вспоминал сам композитор: «Творческое общение с Н.А. Римским-Корсаковым, А.К. Лядовым, А.К. Глазуновым оказало огромное влияние на мое художественное развитие и во многом определило направление моего композиторского пути» [3, с. 65]. Эти творческие связи обусловили наиболее яркие и характерные черты музыки Р.М. Глиэра.

В области детской фортепианной музыки Р.М. Глиэр не был ни художником-новатором, ищущим новых форм, ни реформатором жанра. Но к истолкованию и использованию традиционных форм и жанров он подходил творчески активно, придавая им новый ракурс. Именно поэтому и по сей день так широко популярные и актуальны в педагогической практике фортепианные пьесы Р.М. Глиэра.

Фортепианный стиль Р.М. Глиэра характеризуется ясной мелодичной насыщенностью, эмоциональностью. Большинство пьес отличается преобладанием в них широкого распевного начала. Это находит свое выражение в ведущем значении мелодии среди других элементов музыкального языка («Романс», «Мелодия», «Народная песня»). Характерной чертой творческого облика композитора является глубокая связь с национальными традициями русской музыкальной классики. Это ощущается и в содержании музыки, и в ее образах, и в средствах выразительности, которыми он пользуется («Народная мелодия», «В полях», «Колыбельная»).

Мелодия окрашивает собою всю фактуру, определяет и гармонический, и полифонический, и колористический строй музыки. Наряду с этим мелодика пьес Р.М. Глиэра в большой степени подчинена гармонии, определяется ею и зависима от нее. Композитор активно использует аккордовые средства мажоро-минорной и хроматической системы, тонко применяет альтерацию, сохраняя четкость функциональных соотношений и создавая ряд своеобразных и свежо звучащих сочетаний за счет обогащения гармонической вертикали неаккордовыми звуками.

В мелодике и ритмике пьес можно заметить и ряд специфически «глиэровских» оборотов, например преобладание квартовых и квинтовых интонаций. Излюбленными являются ходы на увеличенные и уменьшенные интервалы. Особая патетическая приподнятость, риторичность мелодики возникает благодаря встречающемуся в ней пунктирному ритму, придающему особую рельефность тому или иному наиболее выразительному мелодическому обороту (например, Прелюдия ор.16 №1). В созерцательных, светлых по эмоциональному строю пьесах преобладает ровный ритм, выдержанный в фигурах однородной длительности («Грезы» ор.31 №4, Прелюдия ор. 43 №1). В аккомпанементе часто дается движение аккордов ровными повторяющимися длительностями восьмых (Прелюдия ор.31 №1) или используется какая-либо единая ритмическая фигурация («Эскиз» ор.47 №15, «Колокольчики» ор.34 №6).

Чрезвычайно типичным является пунктирный, синкопированный ритмический рисунок, встречающийся как в партии аккомпанемента, так и в мелодике («Мелодия» ор. 34 №13, «Грезы» ор.31 №4, «Арлекин» ор.34 №8). Нельзя не упомянуть также о преобладании в ряде пьес излюбленного Р.М. Глиэром закругленного «баркарольного» шестидольного размера. Он встречается в таких фортепианных пьесах как «Эскиз» ор.47 №15, «Грезы» ор.31 №4, «Мелодия» ор. 34 №13.

Богатство и разнообразие фактурных, гармонических средств, ритмических, темповых, агогических и динамических деталей – все это создает интересный и, вместе с тем, разнообразный комплекс выразительных приемов фортепианных пьес Р.М. Глиэра.

Как правило, лирические пьесы занимают преобладающее место в исполнительском обучении юных пианистов. Работа над миниатюрами благотворно сказывается на развитии музыкальности в целом, художественно-исполнительской инициативы ученика, особенно такого, который не обладает ярко выраженной эмоциональной восприимчивостью, а также на развитии определенных фортепианных навыков.

Важнейшим исполнительским средством для воплощения музыкально-художественного замысла является звуковая выразительность. Умение «петь» на рояле – одна из важнейших сторон техники пианиста. Подавляющее большинство педагогов в работе с учащимися уделяют воспитанию этого навыка много времени и сил. Об этой проблеме говорили и писали крупнейшие пианисты — Г.Г. Нейгауз, К.Н. Игумнов, А. Корто и др.

Серьезное и глубокое изучение произведений Р.М. Глиэра может оказать неоценимую пользу в выработке умения петь на рояле, так как они изобилуют яркими, широкими, эмоционально окрашенными мелодиями. Таковы Прелюдия ор.31 №1, «Эскиз» ор.47 №15, «Мелодия» ор. 34 №13, Романс ор.31 №7. Мелодия в фортепианных пьесах Глиэра – главный фактурный элемент, поэтому эти произведения – богатый учебный материал для овладения навыком исполнения кантилены.

Звук мелодии может отличаться по силе, тембру, насыщенности. Так, Р.М. Глиэр часто поручает проведение мелодии партии левой руки («Эскиз» ор.47 №15, Прелюдия ор.31 №1) или чередует проведения темы: в первом предложении он дает ее в верхнем регистре, а во втором – на октаву ниже (Романс ор.31 №7). Иногда тема в более низкой тесситуре появляется в среднем разделе, контрастно оттеняя крайние части («Мелодия» ор. 34 №13). В таких случаях важно, чтобы ученик слышал фортепиано темброво, мог провести мелодию в различных регистрах по-разному.

В кантилене большое значение имеет правильное дыхание, объединяющее фразу, организующее движение ученика. Глубоко справедливы слова А.Б. Гольденвейзера о том, что «живое дыхание» есть основной нерв человеческой речи, а, следовательно, и музыкального искусства, родившегося из звуков человеческого голоса [6, с. 121].

Правильное дыхание всегда связано с дослушиванием звука или пауз. Оно помогает выразить характер музыки, ее живое начало. Если такое объединяющее дыхание прекращается или ослабляется, то на первый план могут выйти второстепенные элементы (пульсирующий аккомпанемент), которые внесут в исполнение метричность, раздробленность. При наличии общей горизонтальной цельности, мелодии Р.М. Глиэра имеют очень тонкую фразировку.

Для того чтобы рояль пел, нужно не только хорошо играть мелодию, но и найти соответствующее звучание аккомпанемента. Навыки игры аккомпанемента требуют специальной работы. Овладеть техникой аккомпанемента – сделать шаг в приобретении звукового мастерства. Один из видов аккомпанемента, наиболее часто употребляющийся Р.М. Глиэром – равномерно пульсирующие интервалы или аккорды:

Прелюдия ор.16 №1

Перед учеником встает задача внутренне ощутить и воссоздать равномерность чередования одинаковых временных долей. Нередко подобное сопровождение провоцирует дробление мелодической линии, что утяжеляет исполнение. Темброво-динамическое соотношение мелодии и аккомпанемента должно быть выстроено таким образом, чтобы мелодия не распадалась на части под влиянием ровного сопровождения, а сохранила свою цельность, широту линии.

Еще один вид фактурного аккомпанемента, используемого Р.М. Глиэром, – это мягкие тремолирующие синкопированные фигуры, создающие трепетный фон для свободно льющейся мелодии:

Эскиз ор.47 №15

Аккомпанемент подобного рода должен звучать очень тихо и ровно. Это технически нелегко и требует специальной работы, так как в данном случае необходимо использование разного веса правой и левой рук: глубокий звук с хорошей опорой пальцев в левой руке и невесомый, с минимальным движением пальцев – в правой. Следует услышать, почувствовать особое звуковое сочетания певучей мелодии с «отдаленным» аккомпанирующим фоном.

Относительную сложность составляет фактура, образующая единую гармоническую фигурацию, в которую вплетаются и басовый голос и мелодический.

Прелюдия ор.43 №1

Цельное исполнение такой фактуры требует соответствующей формы движения рук и определенного слухового внимания. Также в процессе работы над подобной фактурой развивается умение следить за тем, чтобы вступление другой руки не было отмечено вторжением звука иного динамического и артикуляционного качества.

Чаще всего для каждой из пьес типично единство музыкальных средств на протяжении всего произведения или больших его частей. Такая устойчивость эмоционального строя обычно сочетается с соответствующей ей однотипностью пианистической фактуры. Органичная взаимосвязь художественных и технических средств интенсивно способствует овладению многообразными звуковыми красками и развитию навыков кантиленной игры в целом.

В старших классах музыкальной школы активно нарабатываются навыки октавной техники. Развивающим материалом для такой работы может стать Прелюдия ор.16 №1. Октавное изложение мелодического линии в данной миниатюре требует участия плеча, предплечья и активных пальцев.

Значительную сложность для изучения и исполнения представляет многоплановая фактура, представляющая как бы гомофонно-гармоническую структуру с элементами полифонии, в которой два элемента фактуры исполняются одной рукой. В сопровождении возникает самостоятельный мелодический голос, выполняющий функцию подголоска:

Прелюдия ор.31 №1

В музыкально-исполнительском обучении своевременное и целенаправленное развитие техники – одна из важнейших сторон комплексного развития пианистических способностей. В 5-7 классах ДМШ все явственнее прослеживается индивидуальные различия в овладении учащимися пианистической моторикой, гибкостью, техническими навыками и приемами. У многих учеников, обладающих хорошими художественными и пианистическими способностями, преодоление технических трудностей в произведении сливается с образно-выразительным истолкованием музыки. И все же даже для таких учащихся при выявлении сложных, порой малоудобных в техническом отношении эпизодов возникает необходимость специальной проработки отдельных мест путем вычленения их из общего контекста того или иного произведения подвижного характера.

В фортепианном творчестве Р.М. Глиэра наряду с кантиленными произведениями художественную ценность представляют и пьесы подвижного характера. В программных произведениях данной направленности, для достижения и раскрытия определенного образа композитор очень часто использует штрих staccato. Поэтому произведения «Колокольчики» ор.34 №6, «Арлекин» ор.34 №8, «Балетная пляска» ор.31 №12 полезны для оттачивания навыка отрывистой игры.

Колокольчики ор.34

Выработка приемов исполнения не ограничивается игрой на staccato. При изучении музыки Р.М. Глиэра возникает определенная сложность при игре пунктирных ритмов. Примером для такой работы может послужить пьеса «Арлекин» ор.34 №8

Большое художественное значение в пьесах подвижного характера имеет метроритмическая и темповая организация. С помощью этих средств можно передать самые разнообразные настроения.

Таким образом, изучение фортепианных миниатюр Р.М. Глиэра способствует развитию у детей разнообразных пианистических навыков, таких как: владение разнообразными видами звукоизвлечения (legato, staccato), умение дифференцированно воспроизводить разнообразную фактуру, пользоваться педальными красками. При исполнении пьес расширяются знания учащихся о формах музыкальных произведений. Дети живо откликаются на сюжеты в музыкальных пьесах, хорошо ориентируются в средствах музыкальной выразительности, легко воспринимают и запоминают музыку.

Произведения Р.М. Глиэра обладают немалым педагогическим потенциалом не только в развитии фортепианных навыков, но и в музыкальном развитии учащихся старших классов в целом. В процессе изучения его фортепианных сочинений юные пианисты имеют возможность познакомиться и осознать особенности фортепианного письма композитора, почувствовать специфику его интонационного строя.

Список литературы

  1. Алексеев, А.Д. Методика обучения игре на фортепиано / А.Д. Алексеев. – М.: Музыка, 1971. – 278 с.
  2. Баренбойм, Л.А. Фортепианная педагогика / Л.А. Баренбойм – М.: Классика-XXI, 2007. – 192 с.
  3. Глиэр, Р.М. Встречи с беляевским кружком. – Советская музыка, 1949. № 8. – С. 65.
  4. Гулинская, З.К. Рейнгольд Морицевич Глиэр / З.К Гулинская. – М.: Музыка, 1983. – 224 с.
  5. Либерман, Е.Я. Работа над фортепианной техникой / Е.Я. Либерман. – М.: «Фигаро-центр», 1985. – 136 с.
  6. Мастера советской пианистической школы: очерки / под ред. А.А. Николаева. – М.: Музгиз, 1954. – 240 с.
  7. Нейгауз, Г.Г. Об искусстве фортепианной игры: Записки педагога / Г.Г. Нейгауз. – М.: Музыка, 1988. – 240 с.
  8. Николаев, А.А. Очерки по истории фортепианной педагогики и теории пианизма: учеб. пособ. – М.: Музыка, 1980. – 112 с.
  9. Тимакин, Е.М. Воспитание пианиста / Е.М. Тимакин. – М.: Советский композитор, 1989. – 143 с.
  10. Шмидт-Шкловская, А.А. О воспитании пианистических навыков / А.А. Шмидт-Шкловская. – М.: Классика-ХХI, 2002. – 84 с.
  11. Щапов, А.П. Некоторые вопросы фортепианной техники / А.П. Щапов. – М.-Л.: Музыка, 1947. – 384 с.

15.11.2014

Previous Entry | Next Entry

РЕЙНГОЛЬД ГЛИЭР И ПЕРВЫЙ СОВЕТСКИЙ БАЛЕТ

Рейнгольд Глиэр – композитор, который стал основателем советского балета. «Красный мак» и «Медный всадник» разнесли славу о Глиэре по всему миру. Несмотря на тон, его произведения всегда отличались особой лиричностью. Но композитор никогда не останавливался на достигнутом. Он в буквальном смысле отдал свою жизнь музыке, до самого конца выступая на концертах и не переставая стремиться к совершенству в своем мастерстве. 

С самого детства жизнь Рейнгольда Глиэра была связана с музыкой. Он родился 11 января 1875 года в Киеве. Отец мальчика приехал сюда из немецкого городка Клингенталь и открыл мастерскую медных духовых инструментов, которую сам называл «фабрикой духовых инструментов». Маленький Гольдичка, как его ласково называл мать, не упускал ни единой возможности посетить мастерскую отца и услышать голос какого-нибудь нового инструмента.

Рейнгольд постоянно делился с родителями своими впечатлениями от услышанных мелодий, а также намерением стать музыкантом. Но эта новость совершенно не обрадовала семью, ведь отцу нужен был приемник, который будет собирать инструменты, а не играть на них.

«Тяжело было учиться, когда родные были против того, чтобы я сделался «музыкантом», и когда не было ни учителей хороших, ни средств брать уроки даже у посредственных музыкантов… Я сам себе отыскивал учителей, которые со мной занимались по большей части даром».

В десять лет Рейнгольд Глиэр взял в руки свою первую скрипку, а в четырнадцать начал писать свои первые пьесы: сначала для фортепиано, а потом для скрипки. Музыка увлекала его всё больше и, несмотря на протесты родителей, в 1891 году он поступил в Киевское музыкальное училище.

Но этот год стал знаменательным для Глиэра еще благодаря одной важной встрече. 21 и 22 декабря 1891 года в Киев приехал Петр Ильич Чайковский. И Киевское музыкальное училище как раз занималось организацией концерта композитора. На несколько мгновений удалось Глиэру увидеть Чайковского, но эта встреча и концерт великого мастера произвели на него неимоверное впечатление.

«Первый раз в жизни я был свидетелем таких оваций, такого триумфа. И я впервые почувствовал, что музыка доставляет радость не только узкому кругу любителей; что музыкальные впечатления способны захватить и объединить широкую массу слушателей; что искусство композитора может завоевать всеобщее признание и любовь»

Окончив в 1894 году музыкальное училище, Рейнгольд Глиэр отправляется в Москву, чтобы продолжить учёбу в консерватории. Он успешно сдал экзамен и, хоть не смог встретить Сергея Ивановича Танеева, с которым давно мечтал познакомиться, попал на занятия к не менее талантливому Антону Степановичу Аренскому.

«Помню, как однажды он, сыграв одну из моих классных прелюдий, серьезно посмотрел на меня и спросил: “Вы что, влюблены?” Он искал даже в наших школьных работах выражения живых чувств».

В Москве Рейнгольд Глиэр оказался в центре музыкальной элиты. Здесь он познакомился с Сергеем Рахманиновым, которому позже приносил свои произведения и часто получал о них не самые лестные отзывы. Глиэр прислушивался к Рахманинову и восхищался его талантом.

«Играл он удивительно, обладая в высшей степени умением гипнотического воздействия на слушателей. Уже тогда это был подлинный кудесник фортепиано»

В последние годы учёбы Глиэр всё же смог брать уроки у Танеева, который преподавал строгий стиль и фугу. Именно он дал будущему композитору ту ясность формы. Своему учителю он посвятил струнный секстет, написанный в 1898 году, в котором впервые проявляется интерес композитора к народному творчеству. А после окончания консерватории на мраморной доске у входа рядом с именами Танеева, Рахманинова, Скрябина было высечено имя Глиэра.

Закончив учёбу, Рейнгольд Глиэр погрузился в педагогическую деятельность и вскоре женился на одной из своих учениц, которую звали Мария Робертовна Ренквист. Они поженились, и спустя год композитор стал отцом двух дочерей – Нины и Лии. В этом же году Глиэр с семьей уехал в Германию, где продолжал писать произведения, который регулярно отправлял на родину.

Семь лет Глиэр провел за границей. Его музыка играла во многих концертных залах Европы и США. В 1913 году композитор получил предложение занять место профессора класса композиции в Киевской консерватории, а уже через год возглавил её. В эти годы там учились такие украинские композиторы как Лев Ревуцкий и Борис Лятошинский. Благодаря Глиэру в Киеве состоялись концерты многих выдающихся музыкантов – Сергея Кусевицкого, Яши Хейфеца, Сергея Рахманинова, Сергея Прокофьева, Александра Гречанинова.

В 1920 году Глиэр переезжает в Москву и до 1941 года преподает в консерватории. Среди его учеников было множество будущих советских композиторов и музыкантов: Николай Раков, Игорь Способин, Леонид Половинкин, Лев Книппер, Арам Хачатурян, дирижёр Борис Хайкин. Однажды Сергей Прокофьев даже сказал:

«Как-то так выходит, что кого из композиторов ни спросишь, он оказывается учеником Глиэра – или прямым, или внучатым».

 Глиэр с Ипполитовым-Ивановым и Л. Стоковским в Москве

Именно с Рейнгольда Глиэра началось формирование советского балета. В 1927 году в Большом театре состоялась премьера его балета «Красный мак» о дружбе советского и китайского народов. Эта постановка удостоилась Государственной премии и даже была показана на сцене Зеленого театра Центрального парка культуры и отдыха, перед десятитысячным залом.

«Балет «Красный мак» можно смело назвать произведением советской классики», – писали газеты.

Несмотря на политический подтекст балета, он привлек внимание западных критиков. Сол Юрок, американский импресарио и продюсер, в 1930 году пригласил Глиэра в Штаты с предложением восьминедельного турне:

«Считаю, что Ваш приезд может явиться событием в музыкальном мире Америки».

Но в США Глиэр так и не поехал. Во время Второй мировой войны он продолжал писать, и вернулся к камерно-инструментальному жанру.

«Надо начать работу над крупными сочинениями, связанными с образами, чувствами, тематикой, подсказываемыми Великой Отечественной войной… На нас лежит обязанность дать Родине музыку, которая поднимала бы дух, возбуждала патриотические чувства, была бы действенным оружием…»

В 1943 году был написан знаменитый Четвертый струнный квартет. Позже появился концерт для колоратурного сопрано с оркестром, который композитор написал под сильным впечатлением от ужасов войны. Семья Глиэра была в эвакуации, где он располагал лишь фортепиано в столовой Союза композиторов Свердловска, но именно эта обстановка помогла появиться на свет произведениям, которые шли из глубины души композитора и воспевали его любовь к жизни.

После окончания войны Рейнгольд Глиэр продолжил выступать с концертами и писать музыку для новых балетов, среди которых «Медный всадник» и «Тарас Бульба». Но всё это время ему не давал покоя его «Красный мак» и в 1954 году композитор в четвертый раз начал его переписывать. В последнем варианте балет, получивший название «Красный цветок», включал уже не восемь, а двенадцать картин. С этой работой его захлестнули воспоминания о премьере, и он вновь переживал те радостные минуты, вспоминая всех, кто был причастен к самой первой постановке.

 Рейнгольд Глиэр с женой

В 1956 году здоровье Глиэра начало ухудшаться. Многие стали замечать его усталость на репетициях и концертах. 30 мая в последний раз композитор вышел на сцену с дирижерской палочкой в городском Доме учителя. Тогда оркестр играл увертюру на славянские темы, балладу из оперы «Шахсенем», сюиту из балета «Красный мак», романсы «О, если б грусть моя» и «Мы плыли с тобой» и фрагменты из «Медного всадника».

В ночь с 3 на 4 июня у композитора случился сердечный приступ. Врачи прописали ему покой и, по словам близких, он безукоризненно соблюдал все предписания, пока однажды ночью дочь не увидела его вновь за работой. Он сидел у себя на кровати в окружении нот. Тогда Глиэр ответил:

«Я обещал завтра к утру закончить корректуру, иначе я подведу издательство. Я не могу обманывать»

23 июня 1956 года в 8 часов Рейнгольд Морицевич Глиэр скончался. На пюпитре рояля так и остался лежать лист нотной бумаги с множеством карандашных эскизов и надписью «Квартет V». Произведение, которое композитору так и не удалось завершить. Свою жизнь Глиэр завершил словами:

«Композитор обязан до конца своих дней учиться, совершенствовать мастерство, развивать и обогащать свое миропонимание, идти вперед и вперед»

автор: Елена Яковлева

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru

Profile

lera_komor

Latest Month

April 2017
S M T W T F S
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30            

View All Archives

Tags

View my Tags page

Categories

View my Categories page Powered by LiveJournal.com Designed by Lilia Ahner 13:31, 28 июня 2017

Кирилл Игоревич Новосельский – правнук знаменитого композитора Рейнгольда Морицевича Глиэра и один из создателей его музея-дачи в Малаховке. Глиэр был автором нескольких сотен музыкальных сочинений, среди которых балеты «Красный мак» и «Медный всадник». Восемнадцатого мая 2017 года в Малаховке торжественно открылся музей на даче Глиэра, в котором по инициативе Кирилла Игоревича, потомков и почитателей таланта композитора, планируется создать открытое культурное пространство с мемориальной частью и площадкой для концертов и творческих встреч.

– Каким образом композитор Рейнгольд Морицевич Глиэр оказался в подмосковной Малаховке?

– Глиэр купил половину дачи в Малаховке у ученого-аграрника В.В. Подвойского в 1940 году. Меньше чем через год после покупки началась Великая Отечественная война. Глиэр на тот момент возглавлял Союз композиторов СССР, то есть под его началом были композиторы всей страны. Началась эвакуация, но Рейнгольд Морицевич, как настоящий капитан, помогал эвакуироваться из столицы другим, а сам остался в Москве. Днем он работал в своей московской квартире, а по ночам сбрасывал немецкие зажигательные бомбы с крыш. Когда враг стоял на подступах к столице, Рейнгольд Морицевич перебрался в Малаховку, разместив в крошечных комнатах своей дачи еще шестнадцать родственников и друзей. По воспоминаниям соседки Глиэр собственноручно вырыл бомбоубежище на участке в те тревожные дни.

image

Мемориальная часть музея, рассказывающая об этих и других событиях из жизни Глиэра, находится в старом доме. Восемнадцатого мая этого года мы официально открыли дачу-музей. На открытии были представители местной администрации, а торжественная церемония завершилась замечательным концертом. В перспективе мы планируем развивать дачу не только как музей, но и как открытую культурную площадку, где будем проводить концерты и встречи. Для этого у нас есть еще один дом, который моя мама построила отдельно от старой дачи. На концертах, конечно, будут звучать произведения Рейнгольда Глиэра, а исполнителями выступят замечательные подмосковные музыканты и артисты.

– Члены вашей семьи также принимают участие в создании музея-дачи Глиэра?

– Вообще главное действующее лицо в создании мемориальной дачи – это моя мама Сэнта Викторовна. Ей идет восемьдесят седьмой год, но она еще в достаточно крепком здравии. Она приходится внучкой Рейнгольду Морицевичу Глиэру и является главным хранителем всего его наследия. Вообще у Глиэра было пятеро детей, и практически все они, так или иначе, жили здесь: кто постоянно, кто наездами. Кстати, Глиэр категорически запрещал всем своим детям играть и сочинять музыку. Он говорил: «можете стучать молотком, скрипеть пилой, но только не музыка!» Дело в том, что он был не просто композитором, а мелодистом, то есть он очень тонко чувствовал мелодию, которая шла, как говорится, из пространства. Если бы дети играли сами на музыкальных инструментах, то Глиэр ничего бы не смог больше написать. А ведь он написал пятьсот с лишним произведений!  

image

Рассказ о его произведениях – это отдельная большая тема. Скажу только, что среди самых известных его работ называют балеты «Красный мак» и «Медный всадник», а также третью симфонию «Илья Муромец». Из-за упомянутого мной условия отца никто из детей не стал музыкантом. Одна из дочерей Нина Рейнгольдовна стала его личным секретарем. Она сыграла огромную роль в жизни отца. Нина организовывала все встречи, поездки, концерты. В круг ее забот входили даже такие мелочи, как купить и погладить костюм для концерта.

Вторая дочь – моя бабушка Лия – стала модельером по шляпам высокого уровня. Помню, еще во времена Советского Союза к нам специально прилетала из Тбилиси на своем самолете жена первого секретаря ЦK Компартии Грузии только для того, чтобы примерить бабушкину шляпку, а потом сразу улетала обратно. Третья дочь Валентина вышла замуж за авиаконструктора А.Андреева. Он, кстати, участвовал в создании истребителя МиГ-23. Старший сын Глиэра Роман стал радиожурналистом, а второй сын Леонид работал архитектором и, в частности, был одним из проектировщиков всем известного здания «Детского мира» на Лубянке в Москве.

image

– Вы сказали, что Глиэр запрещал свои детям заниматься музыкой. Распространялся ли этот запрет на внуков?

– Нет, на внуков запрет не распространялся. Моя мама Сэнта Викторовна – внучка композитора – стала музыкантом, руководила хором, и, одновременно, была гидом со знанием французского языка. Мама объехала с детским хором всю Европу и весь Советский Союз. Они исполняли русские народные и эстрадные песни, а также французскую, английскую музыку. Мы с сестрой принадлежим уже к четвертому поколению. Я стал ученым-географом, был журналистом, переводчиком и преподавателем, а моя сестра Мария Игоревна пошла по стопам нашего папы художника Игоря Новосельского и занималась гобеленами, керамикой. Кстати, мы планируем в будущем сделать на мемориальной даче Глиэра выставку картин Новосельского. Он был замечательным подмосковным живописцем и много лет работал на Московский областной художественный фонд, который располагался в то время в Химках.

– Можно ли сказать, что композитор Рейнгольд Глиэр больше известен за рубежом, чем в России?

– Как ни парадоксально, но это так. Я подписан на все новости, связанные с именем «Глиэр» в поисковиках, и мне буквально каждый день приходят оповещения, о том, что где-то за рубежом ставят или исполняют произведения Рейнгольда Морицевича. Он больше известен за границей, хотя всю жизнь работал в России и не собирался уезжать из страны. Показателен такой случай. Несколько лет назад, когда приближалась дата очередного юбилея со дня рождения Глиэра, мама пошла в Союз композиторов, чтобы узнать, как там будут отмечать это событие. Ей ответили, что никаких мероприятий, посвященных Глиэру, не планируется, и мотивировали это тем, что есть много современных композиторов, которых нужно чествовать. А ведь Рейнгольд Морицевич, можно сказать, был одним из основателей Союза композиторов, и возглавлял его в течение одиннадцати лет.

В разных городах и странах есть шесть школ, носящих имя Глиэра: в Узбекистане, Казахстане, в Москве, Калининграде, Киеве и городе Маркнойкирхен в Германии. Немецкая школа расположилась в небольшом горном городке, в память о том, что из этого района Германии происходили предки Рейнгольда Морицевича. В Киеве есть целый музыкальный институт имени Глиэра. Это очень авторитетное на Украине учебное заведение с хорошим уровнем образования. Мы дружим со всеми этими шестью школами. Естественно, очень хорошо знают и помнят Глиэра на Украине, где он родился, и где прошло его становление. Родительский дом в Киеве, к сожалению, был, как сейчас принято говорить, утрачен. На его месте стоит бизнес-центр. Однако на одном из этажей этого центра мы полтора года назад неожиданно обнаружили музей писателя Шолом-Алейхема. Нас там приняли, как родных, и предложили сотрудничать.

image

– Отец Глиэра был мастером по изготовлению музыкальных инструментов. Получается, музыка с детства была его семейным призванием?

– Да, музыкальными инструментами Глиэры занимались с незапамятных времен, но именно композитором стал только наш Рейнгольд Морицевич. Кстати, его родители сначала были против выбора сына. Они говорили ему: «лучше делай инструменты, ведь это наше семейное ремесло». Нам удалось раскопать родословную Глиэра вплоть до XV века. Эта фамилия происходит из Саксонии, из восточной части Германии, которая находится на границе с Чехией. Там и сейчас есть деревушки, где живет много людей с фамилией Глиэр. Мы, кстати, не так давно были там и встречались с нашими дальними родственниками. Эти места славились мастерами музыкальных инструментов, но в прошлом многим из них приходилось покидать родные края. Если в одной деревне живут, допустим, сто пятьдесят Глиэров и все делают музыкальные инструменты, то ясно, что всем им не хватало сбыта. Кому-то приходилось уезжать в другие города и страны. В частности, наши предки переехали сначала в Варшаву, потом в Киев, а оттуда уже в Москву.

Глиэры делали разные инструменты, начиная от скрипок, заканчивая медными духовыми. Сейчас мы начали, наконец-то, собирать эти инструменты. У нас есть скрипка, мандолина, валторна. В интернете я нашел глиэровский тромбон, который продавал человек из Германии всего за 19 евро. Правда, он был в очень плохом состоянии. Вообще по семейной легенде еще до Германии Глиэры жили во Франции. У границ Швейцарии, Италии и Франции есть плато Глиэра и еще около ста географических объектов с нашим именем. Более того, там до сих пор живут несколько семей с такой фамилией. А некоторые из них как две капли воды похожи на московских потомков Глиэра!

image

– Как получилось, что дом и участок композитора Глиэра в Малаховке оказался разделен, и стал предметом имущественных споров?

– Когда-то половина дома композитора полностью принадлежала нашей семье. В части этой половины дома жил сын Рейнгольда Леонид – один из архитекторов «Детского мира». Леонид был дважды женат, а после его смерти к нам неожиданно пришла незнакомая нам женщина, которая назвала себя его второй женой. Она сказала, что бывший супруг отписал ей свою долю отцовской дачи, и предложила выкупить нам эту долю у нее за какие-то невероятно огромные деньги. Мы, естественно, не располагали такими средствами, да и не обратили должного внимания на ее претензии. Спустя какое-то время, жена Леонида вызвала в наше отсутствие землемеров и очертила свою часть участка, руководствуясь тем соображением, что граница должна проходить там, где ходил, сидел или отдыхал ее супруг.

В итоге, забор прошел вокруг скамейки, где сидел Леонид, по обеим сторонам дорожки, где он ходил или, например, вокруг дерева, под которым он загорал. Получилось, что участок разрезали таким странным образом, что нам даже нельзя стало из новой постройки пройти к старой даче. Удивительно, как такое нелепое деление участка утвердили печатями компетентные специалисты, не имея обязательного в таких случаях согласования с другими собственниками, то есть с нами. Вскоре женщина продала свои доли участка и дома соседу, который профессионально занимается тем, что покупает недвижимость, а потом выгодно ее перепродает.

 Мы пытались договориться с соседом, предложили ему пойти нам навстречу и дать возможность выкупить участок за хорошие деньги, но человек сознательно пошел на конфронтацию. Он стал вести себя агрессивно, сразу заявил, что у него свои люди в администрации, в милиции, и чуть ли не на всех уровнях. Из верхней части дома, которая досталась ему от супруги Леонида, он, например, выкинул картины нашего отца, которые всегда там хранились. Согласно последнему судебному решению он должен был уже давно освободить эти помещения, но пока он не уступает ни одного сантиметра. Мы сделали вывод, что нашего соседа не интересует ни история, ни культура, ни какие-то нравственные аспекты, а исключительно стяжательство.

image

Несмотря на все эти проблемы, все-таки, я думаю, справедливость восторжествует. Скандальная ситуация уже привлекла внимание многих СМИ, а также компетентных органов, которые стали, наконец, разбираться, каким образом вообще все это разделение участка утверждалось без подписей сособственников в нарушение абсолютно всех существующих законов, норм и правил. Нам обещали оказать помощь в Союзе композиторов и в Министерстве культуры. Представители местной администрации  на данный момент выступают в суде на нашей стороне. Так что, есть надежда, что дача Рейнгольда Морицевича Глиэра в Малаховке останется местом, где будет бережно храниться память об этом славном композиторе.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Максим Коновалов
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий